This blog post was published under the 2010 to 2015 Conservative and Liberal Democrat coalition government

Avatar photo

Bruce Bucknell

Former British Deputy High Commissioner Kolkata

19th May 2014

Неудачник (Underdog)

Пост от 11 июня 2013 года

Вот всё и закончилось: 25 мая европейский футбольный сезон завершился финальным матчем Лиги Чемпионов на стадионе Уэмбли на северо-западе Лондона.

Уэмбли – правильное место для финала, так как именно Британия подарила миру эту «красивую игру» – футбол. В 1863 году мы придумали правила, которые с течением времени стали стандартом, в 1888 – организовали первую профессиональную лигу, а в 1872 – первый международный матч (между Англией и Шотландией) – в общем, распространили игру по всему миру.

Команды в других лигах носят английские названия: AC Milan (не Milano, основана в 1899 году), River Plate (1901) и Corinthians of Sao Paolo (1910). Поэтому каждый раз, когда Британия принимает соревнования высокого уровня, мы говорим: «Футбол вернулся на родину».

Вероятно, иностранные читатели сочтут это шовинизмом. Но я думаю, что любители спорта из Великобритании испытывают смешанные чувства по поводу футбола. Нам он нравится, но в глубине души мы слегка сожалеем, что другие народы и команды добились в футболе больших успехов, чем мы сами.

Gom-Liv

История участия наших команд в соревнованиях отнюдь не блестяща. Всего однажды, в 1966 году, Англия выиграла кубок мира у себя дома, но еще ни одной британской команде не удавалось дойти до финала европейского чемпионата. Гораздо больше нам везёт в клубных соревнованиях: Ливерпуль, Манчестер Юнайтед и в прошлом году Челси – все выигрывали Лигу Чемпионов. Но опять же, в последнее время все эти команды состоят в основном из не-британцев.

Британская футбольная традиция основана на энергичном, зрелищном стиле игры, богатом на события в зоне ворот. В то время как остальные развивали более техничный подход, уделяя больше внимания умению контролировать мяч и удерживать владение им.

Даже сейчас некоторые британские команды используют тактику длинных передач для создания голевых моментов (но я заметил, что и победный гол мюнхенской «Баварии» на Уэмбли был забит именно таким образом).

В последнее время у всех на слуху было два увольнения в мире футбола: Сэра Алекса Фергюсона, который управлял клубом Манчестер Юнайтед 26 лет (не думаю, что кому-либо удастся повторить его успех и срок пребывания на посту), и Дэвида Бэкхема, карьера которого длилась 20 лет и который создал свой личный бренд благодаря распространившемуся на весь мир увлечению футболом.

В этом и есть весь смысл. Футбол больше не является нашей собственностью. Хотя мне и нравится, что матчи в английской премьер-лиге всё такие же захватывающие, сегодня она больше похожа на другие европейские лиги: доминируют одни и те же команды, играют в том же стиле, что и везде.

Другой громкой новостью стала победа Уиган Атлетик в финале Кубка Англии – старейшего футбольного чемпионата в мире. Они также стали первой командой, которую перевели из высшей лиги в том же сезоне после победы в Кубке.

Во всём этом есть одна отличительная британская черта: мы любим, когда побеждает аутсайдер – underdog. В матче против Манчестер Сити Уиган был явным аутсайдером.

Понятие «underdog», буквально – нижняя собака, очень дорого британцам. Этот термин, вероятно, произошёл из охоты на медведей: так называли собаку, которая нападала на медведя снизу, и поэтому подвергалась большему риску, чем top dog – верхняя собака. Сегодня мы употребляем это слово, когда говорим о том, кому меньше везёт, кто меньше или слабее. Я пытался найти подходящий перевод в разных языках, но, кажется, его нет. Underdog, по всей видимости, – элемент чисто британского мировоззрения.

На протяжении истории можно найти множество примеров, когда underdog выігрывает. Даже в библии Давид побеждает Голиафа. Не только британцы желают победы аутсайдерам: я заметил, что большинство немцев за пределами Мюнхена болели за Дортмунд.

В нашем языке есть и другие спортивные термины, которые отражают более глубокие идеи. Мы любим «честную игру» ( “fair play”) между двумя сторонами на «едином игровом поле» (“a level playing field”). Мы благосклонны к «старательным игрокам» (“trier”) и великодушны по отношению к тем, кто «не унывает при проигрыше» (“good losers”). А победители, которые испытывают «головокружение от успехов» (“go to their head”), вызывают у нас раздражение.

В школе нас учат, что «главное не победа, а участие». Британцы предпочитают любителей – тех, кто играет для удовольствия, – профессионалам, которые играют за деньги. Многие годы мы смотрели свысока на профессионалов в разных областях.

Это не значит, что мы не любим победителей. Наш недавний успех на Олимпийских играх и некоторых видах спорта показал, что мы способны чествовать своих победителей. А если мы очень постараемся, то можем достичь высшего уровня профессионализма.

Мне кажется, что повышенное внимание британцев к аутсайдерам отражает романтичные черты нашего характера. Мы любим, чтобы в жизни были сюрпризы и разнообразие, поэтому предпочитаем, чтобы случалось непредвиденное, выигрывали не очевидные кандидаты и результат был непредсказуем.

Поэтому, рискуя навлечь на себя гнев своего коллеги в Варшаве, выскажу надежду, что уход Сэра Алекса Фергюсона даст другим клубам шанс на победу в следующем сезоне Премьер Лиги.

About Bruce Bucknell

Bruce was the British Deputy High Commissioner in Kolkata from 2016 to 2019. Previously he was Ambassador in Minsk from July 2012 to January 2016. Bruce grew up on a…

Bruce was the British Deputy High Commissioner in Kolkata from 2016 to 2019. Previously he was Ambassador in Minsk from July 2012 to January 2016.

Bruce grew up on a farm in southern England and enjoys walking in the countryside and visiting wild places.

He studied modern history at Durham University, and takes a keen interest in the history of the places he visits.

Bruce used to play cricket when he could see the ball. Now he enjoys watching cricket and many other sports in his spare time.

He has had a varied career in the Foreign Office. Between his postings to Amman (1988-91), Milan (1995-9) and Madrid (2003-7), he has spent much of his career in London mostly dealing with Europe and Africa.

He is married with two grown up sons.